![](/img/blank.gif)
![](/img/interview-curtl-1.jpg)
![](/img/interview-curtl-2.jpg)
![](/img/interview-curtl-3.jpg)
|
![Интервью](/img/interview-toptitle.jpg) ![](/img/blank.gif) |
| |
![](/img/interview-ug1.png) |
![](/img/blank.gif)
|
![](/img/interview-ug2.png) |
![](/img/blank.gif) |
Звуки первобытного кошмара
![Prologue](/img/interview-title-prologue.png) |
Фразу, вынесенную в заголовок этого интервью, мы позаимствовали из пресс-релиза Spinefarm Records, и она прекрасно подходит для описания первого московского концерта группы Ajattara. Похоже, вокалиста и гитариста Ajattara Паси Коскинена (он же Ruoja) трудно удивить Россией, ведь выступая в составе Amorphis, Паси посещал наш город дважды, и возможно, поэтому, в ходе третьего визита он уделил больше внимания «отрыву» и «угару», чем осмотру достопримечательностей. Однако, когда в день концерта мы появились в клубе «Релакс», Паси еще был вполне адекватен и с удовольствием, хотя и очень лаконично ответил на все наши вопросы.
|
Паси, ты сейчас занят в Ajattara, Shape Of Despair, To Separate The Flesh From The Bones и Mannhai. Как у тебя хватает времени на все эти группы, и есть ли для тебя такое понятие, как «основная группа»?
Ruoja: Я просто больше ничем не занимаюсь. (Смеётся). Что касается основной группы, то это Ajattara.
Наверное, тебя уже достали этим вопросом, но все-таки, почему ты ушел из Amorphis? В чем заключалась суть твоих разногласий с остальными ребятами?
Ruoja: Я ушел, потому что мне стало скучно. Мне хотелось сочинять более брутальную музыку.
Не кажется ли тебе, что на финской тяжелой сцене наметился кризис? Сначала скандал в Stratovarius, затем твое расставание с Amorphis, теперь увольнение Тарьи из Nightwish. С чем связано такое количество неприятных событий в течение всего пары лет?
Ruoja: Все мы люди. Я считаю, что такие вещи абсолютно естественны, они просто случаются, и им нет объяснения. С какого-то момента всё идет не так, как ты хочешь.
Гитарист Amorphis Томи Койвусаари иногда помогал Ajattara на концертах. Поддерживаете ли вы какой-то контакт сейчас и будете ли когда-нибудь еще работать вместе?
Ruoja: Дело в том, что Томи играет с Ajattara с первого же концерта. Он с нами с самого начала. Томи почти как постоянный участник. Но так как он иногда уезжает с Amorphis, мы вынуждены подыскивать ему замену. Вот почему Томи появляется не на всех наших концертах.
В каком составе вы приехали в Москву? Кто сейчас играет в Ajattara помимо трех постоянных участников?
Ruoja: На данный момент в Ajattara нет непостоянных участников. С нами играют Томи и Irstas. В Ajattara Томи называет себя Samael Lempo. Наш клавишник также выступал с самого первого концерта.
Почему в составе Ajattara ты называешь себя “Ruoja”? Что означает это слово?
Ruoja: Ruoja означает покинутый, одинокий…Сложно точно перевести на английский. Это что-то вроде тёмной стороны моей души, которую можно назвать Ruoja.
Расскажи о новом альбоме “Apare”, который вы только что записали. Что он представляет собой в музыкальном и текстовом плане? Ждут ли нас какие-то сюрпризы?
Ruoja: На этот раз лирика еще мрачнее, чем на предыдущих альбомах. Это связано с трудностями в моей личной жизни. В тот момент мы как раз были в студии и решили записаться. Стиль во многом не изменился, но там присутствуют совершенно новые вещи, непохожие на то, что было раньше. Главное отличие этого альбома – его записывали пять человек, т.е. Ajattara в полном составе.
А что за рождественский сингл вы готовите для своих поклонников в декабре этого года? Кстати, как ты сам планируешь провести Рождество?
Ruoja: Рождественский сингл – это уже традиция. На прошлое рождество мы также записали сингл, которым были очень довольны, и который хорошо распродавался. Так что наша звукозаписывающая компания попросила выпустить сингл и в этом году.
Как я буду отмечать Рождество…Хм, как все обычные люди. Мои дети обожают ёлки, подарки, Санта Клауса… Так как я сатанист, мне наплевать на Рождество, но ради детей мы будем праздновать. Для дочерей я готов делать всё, что они захотят.
И создание Ajattara, и запись второго альбома пришлись на не самые благоприятные периоды твоей жизни. Что вдохновляет тебя на сочинение песен для Ajattara сейчас?
Ruoja: Мне просто стоит оглядеться вокруг, послушать новости… Но я пишу песни не из-за того, что ненавижу человечество. (Смеётся).
Известно, что Ajattara – это финский бог леса. А кто придумал его визуальное воплощение, которое мы видим на обложках ваших альбомов?
Ruoja: Я должен чуть-чуть поправить… Ajattara – это не богиня леса, это богиня тех, кто заблудился в лесу, злой дух, который заколдовывает людей и уводит за собой. Что касается обложек альбомов… Ajattara – образ очень красивой женщины, иначе никто бы за ней не последовал. (Смеётся). Но этот образ никак не связан с нашими обложками. Они просто отражают те песни, которые записаны на альбоме. У нас нет никакого визуального воплощения Ajattara.
Расскажи о том, как распределяются роли между музыкантами Ajattara. Кто сочиняет музыку, кто пишет тексты? Можно ли сказать, что Ajattara – это твой проект?
Ruoja: Да, можно. Вся ответственность лежит на мне, я пишу всю музыку и лирику, но в студии мы все вместе делаем аранжировку.
Atoni (бас-гитара): Новый альбом будет самым лучшим, потому что я тоже принимал участие в сочинении музыки. (Дружный смех).
Почему для своих песен вы пишете лирику на финском языке?
Ruoja: Для самой первой песни я написал лирику на английском, но она плохо подходила к музыке, и звучало это неестественно. Финский – мой родной язык, на нем мне гораздо проще сочинять лирику, подбирать нужные слова, и они гораздо лучше ложатся на музыку.
Atoni: Мне кажется, что на другом языке невозможно было бы написать такую красивую лирику.
У тебя отличный гроулинг, но когда ты только пришел в Amorphis (на альбоме “Elegy”, 1996), ты пел только чистым вокалом. Почему ты сейчас поёшь гроулингом?
Ruoja: Мне так больше нравится. Для меня это мощный способ самовыражения.
В целом, кто оказал на тебя влияние как на вокалиста? И как ты считаешь, насколько ты сам повлиял на молодое поколение финских певцов?
Ruoja: Наверное, у меня есть какое-то влияние на молодежь... На меня лично повлияли Оззи Осборн, Кронос из Venom и Фенриз из Darkthrone.
Во время работы с Amorphis ты когда-нибудь уставал от собственной популярности? Вообще, насколько для тебя комфортно быть все время на виду и в центре внимания множества людей?
Ruoja: Я достаточно общительный человек…Но да, я очень устал от популярности. Иногда хочется, чтоб меня оставили в покое.
Выражаем благодарность R.M. Agency и Стасу “Mendor” за организацию этого интервью.
Вопросы задавали Дмитрий “Ward” Куликов, Валерия “Valerie” Ященко
Вопросы также составлял Роман “Maniac” Патрашов
Перевод с английского - Валерия “Valerie” Ященко
Фото – Дмитрий “Ward” Куликов
19 ноября 2005 г.
5 дек 2005
просмотров: 3253
|
![](/img/blank.gif) |
![](/img/interview-ug3.png) |
![](/img/blank.gif)
|
![](/img/interview-ug4.png) |
![](/img/blank.gif) |
|
![](/img/interview-curtr-1.jpg)
![](/img/interview-curtr-2.jpg)
![](/img/interview-curtr-3.jpg)
|
![](/img/blank.gif) |
|
1997-2024 © Russian Darkside e-Zine. Если вы нашли на этой странице ошибку или есть комментарии и пожелания, то сообщите нам об этом
|
|
Сообщений нет
Комментарии могут добавлять только зарегистрированные пользователи.
Вы можете зарегистрироваться на сайте или залогиниться через социальные сети (иконки вверху сайта).