![](/img/blank.gif) |
Да будет рок!
![Prologue](/img/interview-title-prologue.png) |
Фредрик Нордстрем более всего известен в качестве продюсера, и многие альбомы, записанные под его руководством такими группами, как Hammerfall, Dimmu Borgir и In Flames, стали классикой тяжелой музыки. Но он также исправно трудится в качестве гитариста в своей группе Dream Evil, которая постепенно завоевывает авторитет в рядах поклонников хэви и пауэр метала. Последние два года в жизни Dream Evil были далеко не простыми, но музыкантам удалось собрать все свои силы и записать четвертый альбом, получивший очень уместное название “United”. В этом интервью мы постарались поговорить об обоих сторонах музыкальной карьеры Фредрика, потому что, как вы сами сможете убедиться по его прочтении, они очень хорошо друг друга дополняют…
|
На первых трех альбомах состав Dream Evil не менялся, но затем все музыканты, кроме тебя, стали уходить из группы. Правда, Петер Сталфорс (бас) и Никлас Исфельдт (вокал) позже вернулись, но Сноуи Шоу (барабаны) и Гас Джи (гитара) - нет. Не мог бы ты рассказать нам, что же на самом деле происходило в коллективе?
Я сказал им, что они засранцы и могут убираться из группы к чертовой матери! (Дружный смех). На самом деле, Гасу было трудно участвовать в Dream Evil, потому что он живет очень далеко от Швеции. Кроме того, у него были свои идеи, отличные от общих, и во время записи “The Book Of Heavy Metal” (2004) он решил покинуть группу. Это было очень грустно, потому что он был и остается нашим хорошим другом. Но он принял решение сконцентрироваться на Firewind, где он заправляет всеми делами и может полностью контролировать весь творческий процесс, и для него это лучше, чем сидеть в Греции и не иметь никакого представления о том, что в это время происходит в Dream Evil. Я полностью понимаю и уважаю его решение. Мы нашли ему достойную замену в лице Марка Блэка, он получил место в группе практически мгновенно, потому что уже пару раз заменял Гаса, когда мы играли небольшие концерты в Швеции. Это был совершенно естественный выбор.
Потом мы начали гастролировать в поддержку альбома, и внутри группы возникли проблемы. Никлас решил, что у него не все в порядке с голосом, он постоянно мучился, чтобы заставить себя петь нормально, ну а когда нам предстояло отыграть концерт в Лондоне, где на нас хотели посмотреть представители очень серьезной менеджмент-компании, что могло стать настоящим прорывом для Dream Evil, Никлас сказал: “Я не думаю, что мой голос сейчас в хорошей форме. Я хочу передать микрофон другому певцу, чтобы не подвести вас по полной, ребята.” Мы поняли его решение и, конечно, сказали: “Никаких проблем!” Примерно в это же время Петер женился, у него должен был родиться ребенок, и он сообщил нам: “Сейчас у меня совершенно не тот период, чтобы ехать в шестимесячный мировой тур. Я покидаю группу, ищите другого басиста.”
В составе остались только я, Сноуи и Марк, и мы попытались найти замену ушедшим музыкантам. Я не знаю, почему, но эти поиски тянулись целую вечность, такое впечатление, что заменить Петера и Никласа абсолютно невозможно. В конце концов, я и Сноуи снова связались с ними и сказали: “Ребята, вы не хотите вернуться? Мы сделаем шаг назад, не поедем в этот тур, пошлем к черту менеджмент, просто продолжим работать, как это было раньше.” И они оба согласились. Мы сделали этот шаг назад … и тогда ушел Сноуи. (Смеется).
Я думаю, что он решил покинуть Dream Evil, потому что в этой группе он не мог полностью реализовать весь свой потенциал, мы не могли давать столько концертов, сколько хотел он. Мне кажется, именно это стало основной причиной нашего расставания. Мы не особенно близкие друзья, иногда мы, конечно, встречаемся и разговариваем, но не обсуждаем его уход. Собственно, вот такая история. Это было весьма тяжелое время для меня, были моменты, когда я чувствовал себя полностью одиноким, музыкантом без группы. Теперь все вроде бы вернулось на круги своя, у нас есть новые участники, которые ничуть не уступают старым. Сейчас в Dream Evil очень дружная обстановка.
Сноуи и Гас написали довольно много материала для предыдущего альбома “The Book Of Heavy Metal”. Как проходил процесс написания песен без них? И в целом, насколько их уход повлиял на Dream Evil?
Сноуи действительно сочинил много материала для “The Book Of Heavy Metal”. Но на предыдущем альбоме “Evilized” (2003) музыку по большей части писали Петер и Никлас, а на нашем дебюте, “Dragonslayer” (2002), почти все вещи написаны мною и Гасом. Таким образом, ситуация в этой области меняется от альбома к альбому. Возможно, с уходом Гаса мы потеряли что-то в плане написания песен, да и гитарные партии стали не такими техничными, но у нас теперь есть Марк, который вполне справляется с нагрузкой. Что же касается Сноуи, он писал песни вроде “Man Or Mouse”, материал в более «немецком» стиле. Такого в группе никто больше не сочиняет, так что у Dream Evil теперь не будет подобного немецкого рубилова, мы зазвучали более мелодично. Сразу после ухода Сноуи, я и Никлас начали встречаться чаще и сочинять новые песни. Конечно, мы потеряем каких-то старых фэнов, но также приобретем и новых. Каких-то деталей в нашей музыке больше не будет, какие-то наоборот появятся, а в целом, я не думаю, что наш стиль претерпел какие-то существенные изменения.
Не мог бы ты рассказать немного о новых участниках группы – Марке Блэке и Пэте Пауэре (барабаны)? Как вы нашли их? В каких коллективах они играли до Dream Evil?
Когда мы играли небольшие концерты в Швеции, у нас не было достаточных средств, чтобы оплатить Гасу билеты на самолет из Греции. Мы спросили его, не будет ли он возражать против участия в этих шоу временного гитариста, и он совершенно не был против. Так что мы поспрашивали у знакомых, и все, как один, показали пальцем на Марка, говоря, что он лучший гитарист в округе. Собственно, вот так мы с ним и познакомились. А когда Гас ушел, пригласить в группу Марка было совершенно естественным решением. Что же касается Пэта, он мой старый друг, он был хорошим знакомым всей группы уже долгое время. На самом деле, это Сноуи предложил нам его кандидатуру. Мы получили множество предложений от разных барабанщиков по электронной почте, но Пэт живет совсем рядом, отличается завидным профессионализмом в своем деле и, кроме того, он помогал нам уже много лет.
Последний трек на вашем новом альбоме – это кавер версия “My Number One”, песни-победителя Евровидения 2005 года. Насколько мы помним, это первый кавер в истории Dream Evil. Почему вы решили записать именно эту песню?
Это случилось два или три месяца спустя после Евровидения, когда Сноуи еще числится в группе. Он сидел дома с одной из своих гитар и наигрывал рифф. (имитирует голосом звучание гитары) Рифф ему очень понравился, но очень скоро он понял, что это на самом деле (поет): “You’re my lover, undercover.” Сноуи рассказал нам, как он случайно начал играть эту песню, и предложил ее записать. В то время Петер и Никлас как раз вернулись в группу, и мы сказали: “Да, почему бы и нет!” Это совсем свежий хит, он не выходит из чартов, так что ее можно было выпустить на сингле, но наш лейбл не хотел издавать просто сингл из одной песни, им был нужен новый альбом, а мы тогда еще не определились с датой его выхода. Так что песня оказалась на полке, а когда пришло время выпускать “United”, мы почувствовали, что ее место именно там. На “My Number One” также играет Гас, он записал гостевое соло. Было бы глупо просто выкинуть записанную песню, особенно после того, как Lordi победили на Евровидении-2006. Когда мы узнали об их триумфе, у нас возникла мысль: “Если мы теперь выпустим эту песню, будет очень забавно.” Может быть кто-то подумает, что мы пытаемся урвать кусок пирога от огромного успеха Lordi, мы ведь хотели еще и снять клип на эту вещь. Но жизнь всегда подкидывает тебе сюрпризы, и я не знаю, что получится из этой идеи, ведь придется привлекать еще и EMI, которые изначально выпустили этот трек. В любом случае, в Греции его уже крутят по радио, и многим людям наш кавер нравится, так что, может быть, и видеоклип на эту вещь все-таки увидит свет.
Раз уж разговор зашел о Lordi, скажи, ты был удивлен их победой? Как ты думаешь, она как-то скажется на популярности хэви-метал в целом?
Когда я впервые увидел эту группу, мне понравилась песня, и я сразу решил, что у них только два варианта – либо они станут первыми, либо последними. Они победили, и это просто потрясающе, на мой взгляд. Правда, самих музыкантов мне немного жаль – представляете, им приходится тратить три часа, просто чтобы надеть всю свою экипировку. А ведь теперь им надо это делать каждый день! (Смеется). Я им очень сочувствую.
Насколько нам известно, металическая музыка безумно популярна в Финляндии, и тяжелые группы постоянно занимают первые места в национальных чартах. Почему то же самое не происходит в Швеции, когда у вас ничуть не меньше потрясающих металических групп?
На самом деле, те группы, которые занимают первые места в хит-парадах Финляндии – они все финские, ну, по крайней мере, насколько я знаю – Nightwish, Children Of Bodom… Финны – очень патриотичный народ, они любят свою страну и своих музыкантов. В Швеции дела с металлом также обстоят неплохо, In Flames были у нас на первом месте в чартах, Hammerfall всегда сопутствует успех, да и множество других групп довольно неплохо существуют. Пять лет назад, если ты слушал хэви-метал, то все вокруг говорили: “Что это за ужас?!” Сейчас слушать подобную музыку считается абсолютно нормальным, возможно, это даже входит в моду, на наших улицах можно всегда встретить много панков и готических девушек в майках Motorhead, так что я не думаю, что это такая уж проблема.
Вы сняли отличный видеоклип на песню “The Book Of Heavy Metal”, и насколько нам показалось, он довольно дорогой. Где и как часто его крутили? Оправдались ли расходы на его создание?
(Смеется). На самом деле, этот клип не такой уж и дорогой. Но я, Сноуи и остальные ребята потратили кучу сил на его создание. Насколько я знаю, его часто показывали на шведском телевидении, на немецком и еще где-то. А что касается расходов, к примеру… Я не знаю, стоит ли говорить это вам, ну да ладно, скажу. Мой костюм для этого клипа я сделал сам, он стоил мне шесть евро и два дня кропотливой работы. Его составляющие – куски старой военной одежды, коврик из туалета, туалетная бумага, краска и клей. Я использовал все мое воображение, чтобы создать этот костюм. Мы просто зашли в магазин, где продавались строительные материалы, и нашли применение многим вещам оттуда. (Смеется). Мы потратили кучу времени на создание этих костюмов, но это было очень весело. А сам клип был снят в гараже.
Ничего себе! А выглядит он так, как будто вы в него вложили не одну тысячу евро.
Ага. Именно поэтому при создании нового клипа мы снова работали с режиссером Патриком Уллеусом. Этот парень потрясающ. Он сказал нам: “The Book Of Heavy Metal” – это один из лучших клипов, который я когда-либо снимал, будет совершенно невозможно сделать что-то лучше него, так что на этот раз мы попробуем несколько другой подход.” Мы сняли новый клип, и он на самом деле другой, но это все, что я могу сказать на данный момент.
К вопросу о бюджетах и расходах - вы сотрудничаете с Century Media с самого начала карьеры. Удовлетворен ли ты работой, которую для вас делает лейбл? И устраивает ли тебя сегодняшний уровень популярности Dream Evil?
Я не могу волевым решением заставить слушателей покупать мои альбомы, все зависит только от их решения – скачать музыку из интернета или пойти в магазин и купить CD. На мой взгляд, мы продали довольного много дисков, и публика всегда отлично отзывается о наших концертных выступлениях, так что я вполне доволен. Что же касается Century Media, я думаю, что в целом они делают свою работу на отлично. Я работаю в музыкальном бизнесе уже долгое время, и я видел множество групп, жалующихся на свои контракты, так что перед подписанием договора с Century Media мы как следует проработали все детали сделки. Поэтому обе стороны были рады заключению соглашения, и я вполне доволен работой с Century Media.
Такие песни, как “Chosen Twice” показывают, что вы не относитесь к своему имиджу очень серьезно, но этот текст был написан Сноуи, так что мы не знаем, насколько это серьезно для тебя…
(Смеется). Да, конечно, но на новом альбоме есть другая песня, “Higher On Fire”, и текст там весьма схож. (Вздыхает). Знаете, чтобы объяснить, что такое Dream Evil… Есть такой журнал, “Sweden Rock”, вот они очень точно, на мой взгляд, описали наш подход к музыке в заголовке статьи – “Несмертельно серьезные”. У нас в музыке есть как серьезные моменты, так и веселые приколы. Мы не верим в драконов, которые разгуливают по улицам, но нам также необходимо иметь частичку юмора в нашем творчестве.
Знаешь, а ведь многие думают, что ты основал Dream Evil, чтобы в некотором роде отомстить музыкантам, которых ты продюсировал, оставаясь при этом в тени…
(Хохочет). Нет, это совсем не так. Я не из тех, что обожает быть на сцене, на самом деле, иногда мне тяжело выходить на нее. Когда мы были на гастролях в Японии, все наши фэны сходили с ума и бегали за мной с просьбами об автографе – это было забавно в течение недели, но какое же удовольствие после этого вернуться домой, заботиться о своей семье, жить самому по себе. Я знаю обратную сторону популярности и не так уж к ней стремлюсь. Например, многие думают, что путешествовать в туровом автобусе – это потрясно и удобно, а я могу заверить вас, что это далеко не так. Так что дело вовсе не в мести, а просто в том, что я всегда хотел играть любимую музыку. Когда я познакомился с Гасом, я почувствовал, что с этим парнем можно создать новую группу, что я планировал сделать уже много лет. Много лет я не мог найти подходящих музыкантов, но потом я встретил Гаса в Греции, он приехал ко мне в Швецию, и я наконец-то понял: “Вот тот человек, с которым я хочу работать.”
В создании “The Book Of Heavy Metal” участвовали множество гостевых музыкантов, включая таких личностей, как Матс Олауссон (клавишные, экс-Yngwie Malmsteen) и Метал Майк (гитара, экс-Halford). Какова была причина в вовлечении их в работу? И есть ли какие либо гости на новом альбоме?
Да, у нас было много гостей… (в этот момент за нашим окном раздается какой-то шум) Там у вас никто случайно из автомата не стреляет?
Чего?!
Просто звук очень похож.
Нет, ну что ты. Мы, конечно, понимаем, что у вас о России ходит множество диких слухов, но из автоматов на улицах здесь, как правило, не стреляют!
(Смеется). Oкей, наверное, это просто помехи на телефонной линии.
Или наши соседи!
Да, точно. Так вот, возвращаясь к Матсу Олауссону, мы познакомились с ним во время турне в поддержку “Evilized”, когда мы выступали в Японии совместно с Candlemass. Он по-настоящему классный парень, и он был в Гетеборге, когда мы записывали новый альбом. Так что Гас и я поинтересовались, не хочет ли он сыграть у нас на клавишных. Тогда я еще не подозревал, насколько он профессионален в своем деле (смеется), мы сказали ему что-то вроде: “Заходи к нам на чашку кофе, а заодно и на клавишных поиграешь.” Но он оказался очень талантливым и превосходным клавишником. А в соседней студии записывал свой сольный альбом Йоаким Канс (Hammerfall), и у него на гитаре играл Метал Майк. Мы обменялись любезностями – Гас записал гостевое соло на альбоме Йоакима, а Метал Майк сыграл соло на нашем диске. Что же касается “United”, то там только один гость – это очень популярный в Швеции комедийный актер, который зачитывает текст в песне “Doomlord”. Он говорит по-шведски, так что вам понадобится словарь, чтобы понять смысл его фраз. (Смеется).
В интервью, которое ты дал в 2002 году, после выпуска первого альбома, ты сказал, что не ожидаешь от предстоящих гастролей особо приятных впечатлений. Что ты думаешь о концертах теперь?
Да то же самое! (Смеется). Естественно, сам концерт и несколько часов до и после него – это супер. Но все эти переезды с места на место… Ты приезжаешь в зал и сидишь там целый день в ожидании непонятно чего. Ты даже не пытаешься выбраться куда-то, посмотреть город, просто впадаешь в некую кому и отдыхаешь на стуле с открытым ртом. (Смеется). И так происходит со всеми. Я несколько раз пытался навязаться к нашим техникам, спросить, не нужна ли им какая нибудь помощь, просто потому, что мне хотелось хоть что-то делать, но их ответ был: “Нет, это не твои обязанности. Мы скажем тебе, когда придет время выходить на сцену.” Не все так плохо, с гастролями у меня связано множество приятных воспоминаний, но, к сожалению, значительную часть времени на них просто скучно.
Ты продюсировал огромное количество альбомов, и у тебя есть своя собственная группа. А ты вообще слушаешь музыку просто для удовольствия?
Нет, не очень часто. (Смеется). Если такое желание все-таки возникает, я в основном предпочитаю старые пластинки, например, первый альбом Van Halen, потому что он вызывает у меня в памяти множество приятных событий из времен моей молодости. Примерно такие же чувства я испытываю к альбому Thin Lizzy “Black Rose”. Конечно, иногда и современная музыка бывает очень хороша, у меня есть несколько альбомов Porcupine Tree, я очень люблю певца по имени Сил, у него есть потрясающая песня “A Kiss From A Rose”, правда, я уже забыл, на каком именно альбоме она находится. Но большее удовольствие мне доставляет слушать потрясающую работу продюсера или технические моменты в игре музыкантов. Это своего рода обратная сторона того, что у тебя есть собственная группа. Может быть, иногда, когда ты идешь с друзьями в бар, и они включают что-то вроде “The Number Of The Beast”, ты сходишь с ума и начинаешь прыгать на столе… (Смеется). Но когда я прихожу домой, я не включаю музыку, наоборот, я прихожу домой и выключаю ее. (Дружный смех).
Да уж, потому что у тебя слишком много музыки в студии…
Как сегодня – двенадцать часов постоянной долбежки по барабанам. (Смеется).
Существует ли какая-либо конкуренция между продюсерами, работающими с тяжелой музыкой? Следишь ли ты за тем, что делают со звуком, например, Даниэль Бергстранд или Хилли Хиилесма?
Нет, это они следят за тем, что делаю я! (Дружный смех). На самом деле, я никогда не был поклонником Даниэля, я не хочу сказать о нем ничего плохого, просто мы разные люди с разными вкусами. Например, у Энди Снипа получается по-настоящему классный звук, но кое-что в его работах мне не нравится, он очень любит делать слишком плотный микс, и все звучит очень и очень одинаково. В результате получается очень немецкая музыка, очень механическая, и это явно не в моем вкусе. Но другим музыкантам по душе именно такой подход, так что они нанимают Энди. Это хорошо, у всех должны быть различные идеи. Конечно же, иногда случаются и некие соревнования между продюсерами. Например, сейчас, я поставил перед собой задачу поработать с одной американской группой, я только что послал им сэмплы своих работ, чтобы они поняли, кто здесь самый крутой. (Дружный смех). В это я твердо верю – необходимо постоянно работать над собой и идти вперед, не останавливаться на каком-то уровне и говорить: “Oкей, а вот так я буду теперь записывать всех.” В начале этого года я вообще выбросил из студии почти все оборудование, старый пульт и другие вещи…
О боже, это же куча денег!
Да, но я выбросил их не в прямом смысле слова, я их продал. И вложил все деньги в совершенно новую систему Pro-Tools. Раньше я был поклонником аналогового оборудования, я всегда работал с аналоговым пультом, с кассетным магнитофоном, но теперь я полностью перешел в цифровой формат. Это большой шаг вперед, и я думаю он оправдает все вложения в себя в ближайшем будущем. Ты производишь обновление своего рабочего места, ты начинаешь работать совершенно по-другому и благодаря этому делаешь качественный скачок. Например, теперь я могу сделать «полный возврат» – я могу сделать микс, положит его на полочку и заняться чем-то другим, потом я открываю файл с этим миксом два года спустя, и все параметры остаются в точно таком же состоянии, как я их и оставил. В случае с аналоговым оборудованием здесь была бы проблема, потому что если я делал какой-то микс, а потом захотел в нем что-то поменять, мне приходилось начинать все заново с самого начала.
Что для тебя сложнее – продюсировать других людей или собственную группу?
Первый альбом Dream Evil дался мне очень тяжело... Но в целом, я затрудняюсь ответить, это две совсем разные вещи. Когда ты пишешься со своей группой, ты намного лучше знаешь все нюансы музыки, чем когда работаешь с другими артистами. Продюсер не сидит с группой в репетиционной комнате, это может позволить себе Metallica, но не обычный металлический коллектив. Так что это две совсем разные вещи, хотя сама процедура почти одинакова. (Смеется).
Кстати, ты говоришь, что не любишь когда тебя называют продюсером. Почему?
Я не знаю…
Oкей, а как бы ты хотел, чтобы называли твою профессию?
Работник студии, что-то вроде этого. (Смеется). Иногда ты очень глубоко погружаешься в музыку группы, с которой работаешь, а иногда нет. Сейчас развелось так много людей, которые всем говорят: “Я продюсер!” Для меня это не важно. Иногда меня спрашивают: “Чем ты занимаешься? Как ты зарабатываешь на жизнь?” Я отвечаю (пафосно): “Я продюсирую хэви-металлические группы!”, но это скорее по приколу, чем всерьез.
Что твоя жена и дети думают о музыке, которую ты играешь? Хотел бы ты, чтобы твои дети тоже стали музыкантами?
(Смеется). По большей части, дети одобряют род моих занятий. Одному из моих сыновей сейчас четырнадцать лет, и у него уже есть своя группа. Он позаимствовал мое старое оборудование и со своими друзьями играет хэви-метал. Конечно же, если мои дети захотят сами исполнять музыку – это будет замечательно. В любом случае, когда люди находят свое призвание – это всегда хорошо. Будут ли они адвокатами или музыкантами, зависит только от них. Мне это не так важно, я в любом случае буду рад. Правда, если они решат заняться проституцией, я этого не одобрю. (Смеется).
Когда ты был тинэйджером, какая музыка тебя вдохновляла? Мы знаем, что ты начал играть на гитаре после того, как увидел по телевизору Джими Хендрикса, но как ты увлекся дэтом и блэком?
В то время дэта и блэка еще не существовало. Тогда я слушал и наслаждался музыкой Kiss, Sweet, Scorpions, Van Halen и Thin Lizzy. Первый мой контакт с дэт-металом случился уже во времена моей работы в студии. Я записывал альбом одной дэт-металической группы, и когда я впервые услышал их, не понял вообще ничего, все было слишком быстро и агрессивно. Но потом я поработал над еще несколькими дэт-альбомами и стал вникать и любить эту музыку. Но мое главное вдохновение – американский метал из 80-х.
Многие называют твоими главными достижениями работу над двумя последними альбомами Dimmu Borgir (“Puritannical Euphoric Misanthropia”, 2001, и “Death Cult Armageddon”, 2003). Согласен ли ты с этой точкой зрения?
Да, это были два весьма крупных проекта. На самом деле, как раз сегодня мы начали работу над новым альбомом Dimmu Borgir. Конечно же, ожидания публики этого диска огромны, но на этот раз мы не будем сотрудничать с полновесным симфоническим оркестром и так далее. Да, альбомы Dimmu Borgir серьезно помогли мне поднять свою репутацию. Из других весьма важных проектов я бы назвал альбом At The Gates “Slaughter Of The Soul”, который мы записали в 1994 году.
Именно при записи альбомов Dimmu Borgir ты впервые поработал с классическими инструментами и музыкантами?
Да. Это был диск “Puritannical…”, в студии у нас был оркестр из четырнадцати человек, потом я использовал этот же состав в работе над первым диском Dream Evil, “Dragonslayer”. Потом мы отправились в Прагу, чтобы записать “Death Cult Armageddon”, и это уже был по-настоящему крупный проект. Я работал в большой студии, с дирижерами и так далее. Со мной были трое музыкантов Dimmu Borgir, дирижер оркестра (Адам Клеменс) и аранжировщик (Гаутэ Стораас). И я был неким связующим звеном между классической и металической музыкой. Когда мне надо было что-то сказать, я говорил с аранжировщиком, который был норвежцем, он переводил это дирижеру, который разговаривал только на итальянском языке, а я его не знаю в совершенстве. Я понимаю только отдельные фразы. Когда я замечал, что кто-то играет не так, как нужно, я говорил: “Вот этот инструмент издает много ненужного шума, нельзя ли убрать его?” И аранжировщик отвечал: “Да, это флейта, ему надо сыграть более фортиссимо,” и так далее, и тому подобное… Я говорил: “Oкей, сами разбирайтесь!” (Смеется). Но это был очень полезный опыт.
Когда ты работаешь со столькими группами, как тебе удается не “сгореть” на работе?
Лучше быстро сгореть, чем медленно тлеть! (Дружный смех).
Приходилось ли тебе общаться с русскими группами, которые хотели записываться в твоей студии?
Да, у меня была одна работа с русской группой. Это было полтора года назад, и я уже не помню имя этого коллектива, их у меня так много. (Эта группа называлась АнЖ – прим. авт.) Позже они отправились снимать видеоклип с режиссером, о котором я уже рассказывал, Патриком Уллеусом.
А какие впечатления остались у тебя от этой работы?
На самом деле, отличающиеся от обычных. Я так и не встретил никого из музыкантов, здесь была только их девушка-менеджер, я сделал микс для одной из песен, а потом она отвезла его группе, и они вместе с Патриком снимали видеоклип, который я тоже не видел. Это немного странно, как будто люди просто проезжают мимо твоей студии на пути куда-то, ты быстро делаешь для них работу, и их и след простыл.
Сегодняшний состав Dream Evil состоит из людей, которые, по твоим словам, находятся с тобой на одном уровне, к тому же, вы все живете в одной стране. Каким ты видишь будущее Dream Evil? Ждет ли нас больше гастролей и летних фестивальных выступлений в следующем году, или вы продолжите работу в привычном графике?
Мы сделали шаг назад, потому что у троих участников группы сейчас маленькие дети. Поэтому масштабных турне у нас не будет, мы не собираемся кататься на автобусе по три-четыре недели подряд, но зато мы будем выступать на фестивалях, потому что в этом случае вне дома мы пробудем всего два или три дня. Таковы планы на сегодня. Мы действительно хотим давать концерты, но по семейным обстоятельствам не можем этого сделать сейчас. Мы надеемся хорошо показать себя на фестивалях следующим летом, и если кто-то захочет пригласить нас в течение зимы или весны, конечно же, мы всегда будем рады. У нас запланированы шоу в Англии в ноябре, были некоторые планы на посещение с концертами США, но они, к сожалению, отменились по непонятным причинам, ну и, конечно, у нас намечено несколько концертов в Швеции. Вот вроде бы на этом пока все. Посмотрим, что будет в будущем. Может быть, концерт в России?
Да, мы бы с удовольствием увидели вас здесь!
Было бы по-настоящему классно приехать в Россию, потому что о вашем народе я слышал только хорошее, говорят, что вы очень дружелюбны и очень открыты, это приятно.
Надеемся, что мы не разочаруем тебя, если ты приедешь!
Конечно, нет. У вас же есть водка! (Дружный смех).
И последний вопрос - ты реализовываешь все свои музыкальные амбиции в Dream Evil, или же однажды мы увидим твой сольный проект или еще одну группу?
У меня есть много идей, которые не вписываются в рамки Dream Evil. Но, честно говоря, я не буду создавать для этих целей еще одну группу! (Смеется). У меня и так полно дел. Сегодня я проснулся где-то двенадцать часов назад, и все это время работал, я сегодня даже не видел своих детей. Завтра у нас работа в студии с восьми утра, а в девять вечера меня уже ждут новые интервью еще, как минимум, на два часа. Мне кажется, этого более чем достаточно. Так что когда я думаю о сольном проекте, в моей голове рождается только одна мысль: “Нет!!!”
Выражаем благодарность Герриту Мору (Century Media Records) за организацию этого интервью
Вопросы задавали Роман “Maniac” Патрашов, Наталья “Lynx” Хорина
Перевод с английского – Григорий “Starbreaker” Воронцов
9 октября 2006 г.
25 дек 2006
просмотров: 2520
|
![](/img/blank.gif) |
Сообщений нет
Комментарии могут добавлять только зарегистрированные пользователи.
Вы можете зарегистрироваться на сайте или залогиниться через социальные сети (иконки вверху сайта).